Приглашаем посетить сайт

Валерий Бондаренко. Лики истории и культуры
Геополитический аспект

Геополитический аспект

Ведущей геополитической тенденцией «классической Европы» становится создание национальных государств и крах многонациональных лоскутных империй. Жизнеспособными оказываются лишь страны средние по территории и густонаселенные, обычно с одним языком. Ими удобно управлять, в них относительно удобно проводить реформы. Они развернуты лицом к успеху, к будущему, к прогрессу.

Любопытна закономерность: если та или иная держава на гребне своих побед пытается стать империей, она терпит крах. Так было, например, в 17 веке со Швецией, которая к середине столетия имела мощь великой европейской державы и поставила перед собой цель сделать Балтику своим «внутренним морем». Увы, все эти планы разом рухнули под Полтавой. И как показала история уже через полсотни лет, на благо самой же Швеции! Отказ от имперских амбиций привел эту страну к стойкому процветанию…

А что же Россия? Ее пример, как будто, опровергает эту закономерность. 17–18 века – время создания великой Российской империи… Пьер Шоню объясняет этот феномен так. Во-первых, это эпоха, когда закладывались основы грядущих КОЛОНИАЛЬНЫХ империй, смысл существования которых был в экономической эксплуатации «чуждых» народов и территорий. Присоединяя Сибирь и Дальний Восток, Россия делала примерно то же, что европейцы в Африке и Азии, вот только она не сумела эффективно этим богатством воспользоваться… Во-вторых, закрепощение крестьян (конец 16 века) вывел громадное большинство населения России из состояния «граждан», а реформы Петра закрепили это расслоение и на уровне культуры. В России получилось два народа. 2 млн. относительно европеизированных и привилегированных «граждан» дворян и купцов (ими-то и могла так эффективно управлять Екатерина) – и десятки миллионов крепостных крестьян, которые «в законе мертвы» (Радищев) и государство для них ограничивается вотчиной их помещика.

Правда, при этом за скобками остается вопрос о всенародном подъеме 1812 года, – исследование его природы стало стержнем «Войны и мира» для Л. Толстого… Но маститый французский историк благоразумно не вспоминает о нем…

Впрочем, здесь мы уже далеко отошли от предмета нашего разговора.

Итак, назад, в Европу около 1600 года…

© 2000- NIV