Приглашаем посетить сайт

Валерий Бондаренко. Лики истории и культуры
Карл Пятый – « общеевропейский » монарх: несостоявшийся проект века

Карл Пятый – « общеевропейский » монарх: несостоявшийся проект века

Итак, знакомьтесь, – главный претендент на титул мирового лидера всех времен и народов император Священной Римской империи германской расы и король Испании Карл Пятый Габсбург. Именно он мог бы с наибольшим основанием сказать, что в его империи никогда не заходит солнце. Не только вся Южная Америка, часть Америки Северной, но и бОльшая часть Западной Европы находилась под его скипетром. Островками независимости оставались лишь Франция, Британия, Польша и Скандинавия. Но эти островки, в конечном итоге, и поглотили весь колоссальный ледник империи Карла Пятого.

Однако все по порядку. Карл Пятый был внуком австрийского императора (и императора Священной Римской империи германской расы) Максимилиана Второго. Сей мудрый дедушка сформулировал основные принципы политики для себя и своего внука, – а заодно и поставил цель создания на базе монархии Габсбургов мировой католической империи.

Любопытней всего, что в то воинственное время Максимилиан Габсбург, как и его внук, предпочитал действовать мирными средствами. Лозунгом дня стали его слова: «Пусть весь мир воюет, счастливая Австрия будет заключать браки!» Звучало весело и гуманно, но так по духу старосветски, так средневеково еще, так феодально!.. Как будто территории и населяющие их народы (которые уже имели начатки гражданского общества) – всего лишь имущество какой-то очередной прыщеватой принцессы…

Впрочем, благодаря этим бракам небогатый, в общем, Максимилиан прибрал к рукам самый процветающий «регион» тогдашней Европы – нынешний Бенилюкс, включая и северо-запад Франции, ведь он был тестем самого Карла Смелого – последнего герцога Бургундского, так хорошо знакомого нам по «Квентину Дорварду». От него Карл Пятый унаследовал оттопыренную губу (ставшую фамильной чертой всех последующих Габсбургов) и чудовищно сложный и нудный этикет, о котором мы расскажем немного позже.

Итак, с конца 15 века голубая кровь Габсбургов стала общеевропейской валютой. Браки заключались весьма расчетливо, так что маленький Карл получил права не только на австрийскую, но и на испанскую корону. Последнее обстоятельство было особенно важным, ведь приданым Испании были ее колонии…

Но за все в жизни приходится платить. Женщина, которая принесла в дом Габсбургов корону Испании, рано лишилась мужа и впала во мрак безумия (Хуана Безумная). Ее сын Карл (родившийся в 1500 году) воспитывался у тетки Маргариты в Брюсселе. Карл походил внешне на свою мать, всю жизнь страдал мучительными мигренями и с 30 лет – подагрой, но мужественно боролся с болячками.

Он получил космополитическое воспитание. Карл владел несколькими европейскими языками и великолепно умел подлаживаться под тон любого из народов тогдашней Европы. Судьба не наградила его броской внешностью: он был невысок, худощав, а рот постоянно держал открытым. Но зато он был амбициозен, осторожен, прагматичен и… благороден! Вероятно, тезка и прадедушка Карл Смелый вдохнул в него рыцарский дух, – Карла Пятого историки дружно называют последним рыцарем на троне.

Ах, все эти замечательные сами по себе качества шли вразрез с наступившей эпохой Возрождения! И духовная основа политики Карла (католицизм, идеология средневекового феодального общества), и ее цель (наднациональный союз в эпоху становления национальных государств), и рыцарственные методы ведения политики, – все было трачено молью! Карл Пятый получил самый большой куш на Земле, но как политик и человек остался в безвозвратном уже «вчера».

Главный его соперник Франциск Первый Французский был полной противоположностью Карлу, но зато плотью от плоти эпохи Возрождения. Жизнерадостный этот верзила, прекрасный поэт и плохой полководец продул Карлу важнейшие битвы и даже в плен к нему угодил, но история была на его стороне, и носатый француз, предававший все договоренности, «кидал» и «кидал» губастого австрийца, как мальчика, – так что, в конце концов, даже оказавшись в одном городе, они отказались встречаться друг с другом, и переговоры за них вели их ближайшие родственницы. Впрочем, за свои кидания Франциск заплатил сполна: Карл осадил Париж, и французский король умер… от огорчения. Впрочем, победа Карла была победой Пирровой: не имея средств закрепить победы, Карл вынужден был «подать в отставку».

Кстати, с Франциском они пересеклись впервые, когда Карл был еще только эрцгерцогом, а Франциск вдруг стал королем Франции. Когда австрийский посол приветствовал Франциска в новом качестве, тот брякнул, что и он посылает привет своему вассалу Карлу, – и это было, с юридической точки зрения, вообще-то верным, поскольку как держатель Бургундии Карл был вассалом французской короны. Посол рассмеялся и заметил на это: «Но ни один государь не является для вас более опасным врагом, чем этот вассал, сир!»

На выборах императора Священной Римской империи Франциск чуть было не опередил Карла. Однако тот вовремя заключил соглашение с банкирами всей Европы баронами Фуггерами, получил от них колоссальные займы на подкуп князей-избирателей и стал, в конце концов, императором. За финансирование этого амбициозного проекта Карлу пришлось всю жизнь расплачиваться с ними «золотом инков», – и вот еще почему Германия процветала в 16 веке куда как больше, чем владычица колоний Испания!..

Бесконечные войны с Франциском за обладание Италией (в них Карл все-таки победил), улаживание свар между католиками и протестантами в Германии, отстаивание австрийских границ от напора турок, – все это могло подточить и более могучий организм, чем тот, которым бог наградил «всемирного императора».

Карл буквально изнемог в этой борьбе и – редчайший случай! – добровольно сложил с себя императорскую корону в 1555 году. Германию и Австрию с их проблемами он отдал брату Фердинанду, а Испанию с ее колониями – сыну Филиппу.

Сам он уединился в монастыре в Эстремадуре (Испания), где вел жизнь почти отшельника, ухаживал за своим садом и чинил часы. Существует анекдот, будто однажды он решил заставить двое часов показывать одно и то же время, и не смог этого сделать. «Я не могу согласить даже двух часов! Как же я мог мечтать согласовать многие народы, живущие под разным небом и говорящие на разных языках?!»

Последние месяцы жизни он провел в совершенном религиозном исступлении и, вероятно, впал в безумие. Скончался властитель мира в 1558 году.

© 2000- NIV