Приглашаем посетить сайт

Жоль К. Тернистый путь рационализма
Голландский философ, шлифовавший линзы.

Голландский философ, шлифовавший линзы.

 

Барух Спиноза родился 24 октября 1632 года в семье зажиточного амстердамского купца Михаэля Спинозы (Деспинозы).

Фамилия Спинозы происходит от названия одного португальского городка. Дед Спинозы находился в числе «новых христиан», покинувших Пиренейский полуостров и нашедших пристанище в Амстердаме. Унаследовав от него небольшое имущество, отец Баруха занялся торговлей и быстро разбогател. Михаэль Спиноза был энергичен, рассудителен и лишен каких-либо предрассудков.

У Баруха имелось две старших сестры – Ревекка и Мириам.

Когда сын подрос, Михаэль Спиноза определил его в еврейскую школу, надеясь, что отпрыск получит хорошее богословское образование. В школе мальчик учился легко, проявляя любознательность и смышленость. Тогда же он обратился к каббалистическим книгам, которые посеяли первые сомнения в традиционной иудейской религиозности. Но так как он скрывал свои увлечения и мысли, то руководители училища смотрели на него как на будущее светило синагоги. Когда же наступило время духовной зрелости, Барух перестал таиться и открыто начал заниматься рационалистической философией, найдя опору в трудах Декарта.

Изучение в оригинале сочинений Декарта требовало знания латинского языка. И Спиноза под руководством ученого-гуманиста Франца ван ден Эндена, одного из наиболее передовых людей Амстердама, овладел латынью в совершенстве и стал называть себя по латыни Бенедиктом.

У Спинозы быстро росла неприязнь к твердолобому консерватизму идеологов иудаизма. Там, где раньше он искал свет, теперь ничего не находил, кроме мрака и нелепостей. В книгах Ветхого Завета им обнаруживается такое обилие противоречий, что ему больше не хочется заглядывать туда. Он смеется над каббалистическими болтунами и их совершенно абсурдными сентенциями.

Отказавшись от купеческой карьеры, Спиноза начинает отдаляться от еврейской общины Амстердама. Его отход от богословия и занятия рационалистической философией приводят к столкновению с синагогой, завершающемуся изгнанием вольнодумца как вероотступника.

Заметив у Спинозы «опасную болезнь» свободомыслия, раввины сразу не пошли с ним на открытый разрыв. Да и сам Спиноза не собирался делать ничего такого, что могло бы спровоцировать скандал. Это было не в его натуре.

Раввинам доносили, что Спинозу частенько видят в обществе христиан, отделившихся от государственной церкви. Но особенно руководство общины тревожило его «тлетворное» влияние на молодежь, часть которой пыталась ему подражать.

Отпадение столь яркой личности от синагоги могло стать совершенно нежелательным примером для подражания. Что же делать?

По заданию раввинов два молодых человека втерлись в доверие к Спинозе с целью слежки и доносов. Однажды они завели с ним разговор о Боге, ангелах и человеческой душе, интересуясь при этом: телесен ли Бог? существуют ли ангелы? бессмертна ли душа?

Спиноза, уклоняясь от разговора, сказал:

– У вас же есть Моисей и пророки. Обращайтесь к ним, читайте священные тексты.
Но шпионы настаивали на ответе по существу поставленных вопросов. Тогда Спиноза не выдержал и буркнул:

– Да, на основании Библии Бога можно считать телесным существом. Ангелы – это призрачные фантомы, а душа

– простой жизненный принцип.

На этом он прекратил беседу и остался глух ко всем попыткам продолжить обсуждение скользких религиозных вопросов.

Вследствие полученных от доносчиков сообщений Спиноза вызвали в синагогу и подвергли пристрастному допросу. На допросе присутствовали мнимые друзья, которые обвинили его в презрении к религиозному закону, в осмеянии веры и в еретических высказываниях о Боге, ангелах и человеческой душе.

Спиноза остался равнодушен к угрозам судей. Он даже осмелился заявить:

– Я жалею вас за эти неуклюжие гримасы и требую, чтобы вы опирались не на свидетельские показания доносчиков, а на точные и неопровержимые доказательства.

Попытки вразумления и угроз не удались. Тогда в ход было пущено испытанное веками средство – подкуп. Спинозе предложили годовое содержание в тысячу гульденов, если он останется иудеем и будет время от времени посещать синагогу. В ответ на это прозвучало:

– Я не принимаю ваше предложение, даже если бы сумма была в десять раз больше. Я не лицемер и ищу не денег, а ищу только правды.

Видя такое упорство, раввины начали распространять слухи, что Спиноза – вредный для еврейской общины человек. Не побрезговали они и таким крайним средством, как убийство.

Однажды вечером на Спинозу, выходившего из Синагоги, напал еврейский фанатик, вооруженный кинжалом. Спинозу спасла толпа, образовавшаяся у дверей синагоги. Убийце не удалось быстро протиснуться к жертве. Его кинжал лишь порезал платье философа.

После этого покушения Спиноза уже не мог считать себя в безопасности, находясь в Амстердаме. Он начинает искать убежище вне города.

Синагога, испытав все средства, вплоть до крайних, подвергла Спинозу великому отлучению. Произошло это в июле 1656 года.

Незадолго до отлучения Спиноза покинул Амстердам. Получив письменный приговор синагоги, он ответил на него протестом, но скорее не по религиозным соображениям, а в связи с бездоказательностью выдвинутых против него обвинений.

Новый период жизни мыслителя связан с деревушкой Оуверкерк, находившийся недалеко от Амстердама.
Еще у своих амстердамских друзей Спиноза освоил искусство шлифовки линз, спрос на которые постоянно увеличивался в связи с развитием морского и военного дела. Зарекомендовав себя искусным оптиком, он мог продавать стекла по высоким ценам и таким образом обеспечивать себе средствами к существованию.

В деревенской тиши Спиноза провел четыре года, а затем переехал в селение Рейнсбург. Спустя два года последовало переселение в Ворбург, близ Гааги, а вслед за этим была совершено поездка с длительным пребыванием в Амстердаме, где готовилось издание единственной вышедшей при его жизни и под его именем книги «Основы философии Декарта». Другая книга под названием «Богословско-политический трактат», одно из самых замечательных философских произведений XVII века, была опубликована анонимно в 1670 году с указанием ложного места публикации – Гамбург вместо Амстердама.

Чем объясняется эта анонимность?

В «Богословско-политическом трактате» Спиноза требовал свободы мысли и правомочности критики библейских основ веры. В данном случае он не только боролся с авторитетом церкви, но и принципиально отрицал его значение, доказывая неправомерность всякой церковной власти и призывая государство запретить любого рода владычество веры и насилия в делах веры.

Провозглашаемые Спинозой идеи вызвали определенные симпатии у нидерландских республиканцев, во главе которых стоял известный математик и политик Ян де Витта. Существует предположение, что именно по его просьбе Спиноза написал «Богословско-политический трактат». Возможно, благодаря этому видному политическому деятелю была отведена угроза расправы над философом после того, как стало известно, что «Трактат» написан Спинозой. Спасая философа, он, к сожалению, не спас себя в годину тяжелых испытаний для Нидерландов.

Людовик XIV развязал беспощадное избиение гугенотов, которое своей жестокостью превосходило Варфоломеевскую ночь. Из Франции начался массовый исход протестантов, которые толпами пересекали границу, увозя с собой капиталы, что оказалось губительным для экономики страны и ее финансов.
Вместо того чтобы прекратить террор, Людовик XIV начал искать виновников стремительного обнищания страны за пределами своего королевства. И такой «виновник» был найден в лице протестантов Голландии. Французские войска вторглись в Соединенные провинции.

Еще не закончилась война с Англией, когда Людовик XIV начал осуществлять свою завоевательную политику и отнял в 1667 году часть испанских Нидерландов. Так был положен конец старому антииспанскому союзу.
Весной 1672 года французский король в очередной раз объявил войну Нидерландам. 20 июня Утрехт был отдан во власть французского оружия.

Ответственность за слабость нидерландской обороны возложили на партию де Витта. Глава республики пал на эшафоте.

Спиноза внутренне содрогнулся, узнав о гибели де Витта и его брата Корнелия. Лидер республиканцев и философ сходились в том, что церковь не должна вмешиваться в государственные дела и не должна претендовать на политическую власть. Кальвинистские ортодоксы ненавидели одного и другого, часто ставя их имена вместе. В одном анонимном памфлете, появившемся сразу после гибели де Витта, говорилось, что «Богословско-политический трактат» написан с помощью дьявола в аду отпавшим иудеем и с ведома Яна де Витта. В 1674 году распоряжением властей было категорически запрещено распространение «Трактата».
Летом 1673 года Спиноза получил приглашение приехать в занятый французами Утрехт, где его желал видеть принц Кондэ, полководец французской армии. Будучи достаточно свободомыслящим, принц не считал автора «Трактата» орудием дьявола; для него Спиноза являлся просто интересной и знаменитой личностью.
Получив паспорт в Утрехте, Спиноза направился к принцу. Но встреча полководца и философа не состоялась, так как Кондэ, выполняя свои военные обязанности, уехал из Утрехта. Тщетно философ ожидал его возвращения. Так и не дождавшись полководца, он вернулся домой.

Поездка в захваченный французами Утрехт была опрометчивым шагом. Враги Спинозы начали распускать слухи, будто философ – не только атеист, но и французский шпион. Эти слухи взволновали друзей Спинозы, опасавшихся, что подстрекатели спровоцируют толпу на штурм дома, грабеж и убийство. В ответ на предостережения друзей мыслитель сообщает в одном из писем: «Если толпа подымет хотя бы малейший шум перед домом, я выйду и прямо пойду к толпе, даже если бы она захотела поступить со мной так же, как с бедными Виттами. Я добрый республиканец и всегда имел в виду славу и благо государства».

В конце семидесятых годов Спиноза познакомился с Лейбницем, который, возвращаясь в Германию, посетил знаменитого философа в Гааге, о чем неоднократно потом упоминал. К сожалению, Лейбниц неправильно оценил характер Спинозы, посчитав его честолюбцем, отрицающим бессмертие души ради бессмертия своего имени.

Даже по свидетельству врагов философа, Спинозу отличало совершенное бескорыстие и непритязательность. Уединенная и тихая жизнь была привычным его состоянием. Единственным развлечением являлось курение трубки. По словам друзей, Спиноза был очень доступен и отзывчив в обращении. Всех удивляло его умение владеть своими страстями. Он никогда не давал заметить собеседникам даже непроизвольного проявления неудовольствия.

Работал Спиноза обычно по ночам. Ночное время предрасполагало его к глубоким размышлениям.
Умер Спиноза, как и жил, – тихо и спокойно. 20 февраля 1677 года он после обеда сошел к своим хозяевам и долго беседовал с ними. В тот день он лег спать раньше обычного. На следующий день приехал его знакомый врач, который осмотрел своего друга, страдающего болезнью груди, и распорядился зарезать петуха, чтобы приготовить суп к обеду. Это было исполнено, и Спиноза с аппетитом поел. Когда хозяин и его жена вернулись с вечерни, они узнали, что их постоялец умер в три часа дня. 25 февраля Спинозу похоронили на христианском кладбище.

Спиноза был одним из главных представителей рационализма XVII века. Рационалистическая философия утверждала, что все существующее связано логической необходимостью. Следовательно, действительность во всех формах своего проявления разумна и не случайна, ибо если в мире существует случайность, тогда нельзя говорить о закономерности происходящего. В этом логически упорядоченном мире нет места антропоморфному Богу. В лучшем случае такой Бог становится внешним «щелчком» по отношению к созданному им миру. Чтобы вернуть его этому миру, необходимо отказаться от представления о какой-либо антропоморфной божественной личности и думать о Боге как о чисто разумной силе, пронизывающей всю Вселенную. Вот почему Спиноза ставил знак равенства между природой и Богом, тем самым утверждая в правах пантеистическое мировоззрение. В этого пантеистического Бога верил не только Спиноза, но и Вольтер, Гёте, Гегель.
Логизация действительности наталкивает Спинозу на новую трактовку человеческой свободы. Так, если наше познание могущественнее, чем наши страсти, то необходимым следствием этого является свобода от страстей. Чем яснее становится познание вещей, тем бессильнее становятся страсти и стремление к призрачным благам мира.

В новом культурном контексте Спиноза высказал знаменитые слова о том, что свобода есть познание необходимости. Иначе говоря, свобода противопоставляется им не необходимости, которая отрицает свободу человеческой воли, а принуждению и насилию. По мнению философа, наивные представления о свободе воли рождаются на основе смутного и неопределенного знания человека, довольствующегося своим житейским опытом. Такой человек не способен постичь универсальную необходимость, царящую в природе, и воображает, что в ряде случаев волен действовать так, как ему заблагорассудится, хотя на самом деле он или слепо подчиняется необходимому порядку вещей, или своим аффектам-страстям.

Этическое учение Спинозы имеет и свои отличительные особенности. Естественное право у него тождественно законам природы, и поэтому каждое существо имеет столько прав, сколько имеет силы, необходимой для самосохранения. Эта сила есть сила труда, трудовой деятельности. Поэтому переход людей из естественного (досоциального) состояния в состояние государственного общежития Спиноза связывает не столько с заключением общественного договора, сколько с разделением труда между людьми в силу различия их способностей и разнообразия потребностей. Специализация трудовой деятельности гораздо теснее связывает людей в единое гражданское общество, чем все сочиненные ими законы о правилах совместной жизни.

Законы мира Спиноза разделяет на законы природы и законы самого государства.
Голландский философ полагал, что правление многих лучше, нежели правление одного. По его мнению, монархическая форма правления ведет к рабству. Для улучшения монархической формы правления необходимо привлекать к осуществлению власти народ, хотя бы в форме образования при монархе многочисленного совета, избираемого монархом из среды граждан. С мнением этого совета монарх должен считаться.

Лучшей формой государственного правления Спиноза считает республиканскую, которую он разделяет на аристократию и демократию. Если правителями является определенное число граждан, избранных народом, тогда получается аристократия. Если же правители выделяются в силу игры случая, мы имеем демократию.

Этико-правовые и политические идеи Спинозы далеко не сразу были оценены по достоинству. Атеистический подтекст его «Богословско-политического трактата» настораживал и отпугивал многих философов XVII–XVIII веков. Но уже в XIX столетии предпринимаются попытки вывернуть этот «атеизм» (пантеизм) наизнанку, выдав его едва ли не за оригинальную разновидность «философской религии», противостоящей религиозно-догматическим вероисповеданиям. Однако все это имеет мало общего с духом свободомыслия и самокритичности автора «Богословско-политического трактата».

© 2000- NIV