Приглашаем посетить сайт

Cлово "ПИСЬМО"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ПИСЕМ, ПИСЬМА, ПИСЬМЕ, ПИСЬМАХ

Входимость: 90.
Входимость: 58.
Входимость: 46.
Входимость: 40.
Входимость: 32.
Входимость: 26.
Входимость: 22.
Входимость: 21.
Входимость: 20.
Входимость: 18.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 15.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 10.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 90. Размер: 60кб.
Часть текста: связи (усвоение, полемика, отталкивание) и выходит за привычные рамки воздействия одной национальной литературы на другую. Нетривиальный характер усвоения Пушкиным французской романной традиции обусловлен исключительной ролью литературного быта в культурной жизни России его времени и тем особым местом, которое занимает в художественном мире Пушкина творческое игровое поведение. Наибольший интерес в этом отношении представляют четыре французских романа: Опасные связи Шодерло де Лакло, Фоблас Луве де Кувре, Валери Юлианы Крюденер, Адольф Бенжамена Констана. Эти произведения, глубоко различные по духу, направлению, форме, авторской позиции и эстетической ценности, имели, однако, одну общую черту, весьма важную для восприятия построенной по ним «игры» - исключительную популярность. В те времена Опасные связи, Фоблас, Валери, Адольф были знакомы всем. Тот, кто их не читал, знал о них понаслышке. О них спорили, они определяли в чем-то читательские вкусы эпохи, упоминания о них в литературе приобретали характерологическую функцию. Герои этих романов воспринимались как типы, лица нарицательные, их имена становились символом определенной этической позиции, неким эталоном нравственности. С этой точки зрения названные произведения можно рассматривать как единый текст. В нашу задачу не входит всесторонний анализ этих романов. Из достижений их авторов, усвоивших, кстати сказать, лучшие традиции французской психологической прозы (Ларошфуко, Лафайет, Прево, Мариво, Кребийон-сын, Мармонтель, Руссо), нас интересуют лишь те, которые оказались значимыми для художественных исканий Пушкина. Взятые в совокупности, эти самостоятельные произведения разных жанров в...
Входимость: 58. Размер: 56кб.
Часть текста: в роли Пушкина. Часть первая. Третья глава. Загадка пушкинской библиотеки: объяснение в любви А.П. Керн Третья глава. ЗАГАДКА ПУШКИНСКОЙ БИБЛИОТЕКИ: ОБЪЯСНЕНИЕ В ЛЮБВИ А. П. КЕРН (Валери Юлианы Крюденер) В библиотеке Пушкина хранятся два небольших томика в старинных переплетах - роман в письмах Юлианы Крюденер Валери (Juliane von Krdener. Valrie, 1803). На страницах романа, как и на многих книгах пушкинской библиотеки, заметны следы карандаша и отметки ногтями. Собственную манеру чтения Пушкин поэтически охарактеризовал в Евгении Онегине, присвоив ее герою поэмы: Хранили многие страницы Отметку резкую ногтей; ................................... На их полях она встречает Черты его карандаша. Везде Онегина душа Себя невольно выражает То кратким словом, то крестом, То вопросительным крючком. (VI, 148-149) А сам роман Валери, на котором «черты карандаша» обильнее, чем на других книгах его библиотеки, поэт включил в круг чтения Татьяны: Теперь с каким она вниманьем Читает сладостный роман, С каким живым очарованьем Пьет обольстительный обман! Счастливой силою мечтанья Одушевленные созданья, Любовник Юлии Вольмар, Малек-Адель и де Линар, И Вертер, мученик мятежный, И бесподобный Грандисон, Который нам наводит сон, Все для мечтательницы нежной В единый образ облеклись, В одном Онегине слились. (VI, 55) Среди книжных персонажей, занимавших воображение Татьяны, назван и герой, из писем которого составлен Валери, - Густав де Линар. Литературный мир (и один из его знаков - литературное имя) - важная грань общей модели культуры в Евгении Онегине. Литературное имя несет в поэме важную функцию, оно не «нейтрально», отобрано поэтом со всей тщательностью, хранит память о сложном комплексе понятий культуры (социальных, эстетических, этических): «Пушкин в Евгении Онегине искусно обыгрывает литературные имена и заглавия, превращая их в характеристические эмблемы и символы»[100]. Литературный мир представлен в Евгении Онегине...
Входимость: 46. Размер: 19кб.
Часть текста: типограф Клод Барбен, печатавший всех модных и известных писателей своего времени, начиная от Корнеля и кончая Лафонтеном. Об этом преуспевающем и ловком книгопродавце-типографе Буало писал: Как счастлив тот поэт, чей стих, живой и гибкий, Умеет воплотить и слезы и улыбки. Любовью окружен такой поэт у нас: Барбен его стихи распродает тотчас. Издаваться у Барбена считалось почетным. Отпечатанные им книги, как заметил Анатоль Франс, сработанные без особого изящества, предназначались для хождения по рукам. Нередко, однако, забредали они не только в дома горожан, но и в салоны вельмож, и даже попадали в руки особ королевской крови. Книга, о которой пойдет речь, называлась «Португальские письма». Издание было анонимным. И только скромно указывалась фамилия переводчика с португальского Гийерага. Отсутствие имени автора никого тогда не удивляло. И до этого выходили книги, авторы которых по той или иной причине предпочитали оставаться в неизвестности. Особенно, если автор принадлежал к светскому кругу. Например, почти каждое произведение мадам де Лафайет — автора «Принцессы Монпансье», «Заиды» и «Принцессы Клевской» — появлялось либо анонимно, либо под подставным именем. Чем же можно объяснить анонимный характер многих изданий того времени? И опасение скомпрометировать себя в так называемом высшем обществе — по представлениям того времени для светского человека неприлично было заниматься профессиональным литературным трудом, и боязнь решиться назвать себя, особенно молодым писателям, чтобы не повредить...
Входимость: 40. Размер: 41кб.
Часть текста: век создал считанное число романов, верно изображавших нового героя, современного человека: .............два-три романа, В которых отразился век И современный человек Изображен довольно верно... (VI, 148) В это число Пушкин включает, кроме Рене Шатобриана, Мельмота Метьюрина и Адольфа ([Мельмот] [Рене] [Адольф] Констана - VI, 438). Однако Адольф от первых двух романов существенно отличается. Точка зрения на мир героев Метьюрина и Шатобриана ощущается Пушкиным как интересная, в чем-то ему близкая, но не совпадающая с целостной жизненной позицией «современного человека». Характеры, тип поведения, язык персонажей - все это оказывается для Пушкина отделенным культурно-временной дистанцией. Это вызывает двойственное отношение к таким героям: серьезное и ироническое одновременно, связанное со взглядом на них со стороны. Ощущение отделенности позиции этих героев от собственной делает их в глазах Пушкина «масками»: Чем ныне явится? Мельмотом, Космополитом, патриотом, Гарольдом, квакером, ханжой, Иль маской щегольнет иной... (VI, 186) Обыгрывание этих «масок», хотя и должно выявить какие-то важные стороны пушкинской концепции человека, никогда не совпадает с ней полностью. Иное дело - роман Констана. Сюжет Адольфа подчеркнуто обыден и прост. Ради любимой женщины Адольф нарушает волю отца, отказывается от светской жизни, дружеских и деловых связей, но пылкая влюбленность скоро сменяется тягостным охлаждением, и он, сам того не желая, приносит Элленоре, пожертвовавшей ради любви к нему положением в обществе, семейным очагом и состоянием, горечь, страдания и смерть. Роман представляет собой найденную в бумагах героя исповедь, в которой легко выделяются две части: в...
Входимость: 32. Размер: 76кб.
Часть текста: в книге «Пушкин и Франция» подчеркивает малозначительность воздействия Лабрюйера на Пушкина (Томашевский Б. В. Пушкин и Франция. Л., 1960. С. 122). См. также Вольперт Л. И. Пушкин и Лабрюйер // Вопросы методики и литературы. Учен. зап. Ленинградского пед. ин-та им. А. И. Герцена. Т. 503. Псков, 1971. С. 100-118. 9 Грот Я. К. Пушкин, его лицейские товарищи и наставники. Статьи и материалы. СПб., 1899. С. 242-243. 10 Абрам Терц (Синявский А. Д.). Прогулки с Пушкиным. СПб. 1993. С. 90. 11 См.: Haumant E. La culture française en Russie (1700-1900), Paris, 1910. P. 107-109. 12 Анонимный автор статьи о Лабрюйере в «L'Esprit des Journaux» писал, что в XVIII в. он был «незаслуженно забыт и мало оценен» (L'Esprit des Journaux, 1782. P. 118). 13 См.: Кошанский Н. Частная риторика. СПб., 1849. С. 54. 14 На Лабрюйера ссылались при анализе сатир Кантемира, комических характеров Фонвизина, психологических этюдов Карамзина. Напр.: В. Перевощиков, анализируя 3-ю сатиру Кантемира, писал: «...читая ее, кажется, читаем Теофраста или Лабрюйера» // Вестник Европы. М., 1822. № 13/14. С. 138. 15 Напр.: в Вестнике Европы (1822, сентябрь - октябрь) дан перевод со вкусом отобранных, но кратких фрагментов из «Характеров». 16 Это тем более странно, что Вольтер высоко ценил сатирическую мысль Лабрюйера: «Прекрасные авторы века Людовика XIV сегодня не имели бы привилегий, ...

© 2000- NIV